87cd95e4     

Разгуляев Георгий - Черный Ветер



  ГЕОРГИЙ РАЗГУЛЯЕВ
  
  ЧЕРНЫЙ ВЕТЕР
  
  Аннотация:
Русская трагедия: русские против русских. Центральная Азия, 1927 год. Только ветер свистит в ночи, пуля ищет тебя, и никогда ничего не вернется
  
  
   И вот большой ветер охватил четыре угла
   дома, и дом упал на отроков, и они умерли;
   и спасся только я один, чтобы возвестить тебе.
  
   Книга Иова, I, 19
  
  
  
  
   Снег повали гуще, паровоз дал гудок, Свищов едва успел втащить в вагон чемоданы - свой и Михаила Дмитриевича. Они чуть-чуть не опоздали к московскому поезду, «эмка» заглохла неподалеку от вокзала, пришлось пешком тащиться с багажом.

Свищов пообещал вставить шоферу «свечку», когда вернется. Михаил Дмитриевич знал, что если они вернутся, то не скоро. Но Свищеву он об этом не сказал.
   Проходя в свое купе, он услышал, как за его спиной говорили по-английски. Молодой женский голос спросил:
   - Как называется этот город?
   Мужской голос ответил:
   - Хабаровск.
   - Странное название.
   Мальчишеский голос потребовал:
   - Мама, я хочу выйти.
   На что ему резонно ответила женщина:
   - Но ты же видишь, что поезд уже пошел.
   Устраиваясь в купе, Михаил Дмитриевич решил, что все эти дни он будет только есть и спать. Только есть и спать. И почти сразу, как только лег на диван, провалился в сон, побежденный многомесячной усталостью.
   Когда он проснулся, было позднее утро. Свищов уже побывал в ресторане, позавтракал один, поскольку шеф крепко спал.
   Умывшись, бодрый, но несколько не совсем проснувшийся, Михаил Дмитриевич пошел через грохочущие переходы завтракать.
   В ресторане было уже почти пусто, только за дальними столиками сидели несколько человек. Михаил Дмитриевич заказал завтрак, и в ожидании его стал рассматривать посетителей.

За одним столом сидели молодые люди - две девушки - одна лет двадцати двух-двадцати четырех, вторая - лет шестнадцати, восточного типа, красавица и мальчик лет девяти. Они, одетые броско и непривычно, оживленно разговаривали по-английски.
   За соседним с ними столиком сидела пара - мужчина и женщина. Они сидели к Михаилу Дмитриевичу спиной, он не видел их лиц, но чувствовал, что они тоже имеют отношение к молодым людям, болтающим по-английски.
   «Семья, - решил Михаил Дмитриевич. - Англичане или американцы». - Он не настолько владел английским, чтобы отличить американцев от англичан.
   Скоро принесли завтрак. Михаил Дмитриевич с большим аппетитом начал есть, только теперь обрадовавшись поездке. К Новому году он будет в Москве. А потом, скорее всего, Карелия.

Что-то там не заладилось. Финны зарылись в свои снега и граниты, наступление на перешейке и в других местах остановилось. Что-то там не так.

Не так, - тихо стучали колеса.
   Краем глаза он видел, как семья поднялась из-за столиков, пошла мимо него. Две девушки, мальчик, мужчина и женщина. Он поднял голову. Мужчина, женщина и дети.

Они прошли мимо, приветливо посмотрели на него.
   - Какой строгий господин, - сказал мальчик.
   - Том, сколько я тебе говорила, - оборвала его женщина.
   - Но они же не понимают меня, - возразил мальчик.
   - Прекрати, Том! - строго сказала старшая девушка.
   Мужчина и женщина посмотрели на Михаила Дмитриевича еще раз.
   - Извините, - по-русски сказала женщина. Она видела, что он все понял. - Я сожалею.
   - Ничего, - сказал Михаил Дмитриевич, глядя на нее. На нее, потом на мужчину.
   Семья ушла. Михаил Дмитриевич доковырял вилкой свою котлету. Потом спросил водки и залпом выпил одну рюмку, потом др



Назад