87cd95e4     

Раткевич Элеонора - Временно Бессмертны



sf_fantasy Элеонора Генриховна Раткевич Временно бессмертны Срок смерти приходит однажды для каждого. Даже – для Богов. И тогда Старые Боги становятся Богами Мертвыми, Новые же – молодые – восходят на престол в мире Живущих.

Так было века. Тысячелетия. Но однажды...
Однажды явилось в мир Живущих иное поколение Новых Богов. Богов, что не пожелали мирно ждать часа, когда уйдут в безвременье Боги Старые, возжелали же власти – прямо сейчас. Не знали Новые Боги, что, изгнав Старых до срока, не смогут они править миром Живущих – ибо нет в них еще надлежащей силы. И ныне…
И ныне содеяно – что содеяно. Мертвы Старые Боги, бессильны Новые, умирает магия Добра – и все глубже запускает когти в людские души магия Зла.
И ныне бродит по миру один из тех немногих, в коих теплится еще искра Света. Один из последних воинов-магов, что способны еще сразиться, мечом и заклятием, с могущественной Тьмой...
Тот, имя коему – Наемник Мертвых Богов...
ru ru Qwer alecxko@ua.fm FB Tools 2004-05-26 871F6130-44B6-470F-B1D5-E1D30AA6ED27 1.0 Наемник мертвых богов 3
Временно бессмертны
И все-то у меня, не как у людей!
Утром я свою суженую впервые увидел, за полдень – женился, вечером услышал, а уже потом – полюбил. Никаких тебе намеков, недомолвок, стояния под ее окном и шепота под луной. Ничего этого у нас не было.

Как-то не выпало нам на долю ничего из добрачных восторгов. Иногда я чувствую себя обделенным, иногда
– нет. Не поймите меня неправильно: для меня лучше Ахатани во всем свете нет и не будет. Но у нас не было весны, и даже начала лета – мы вступили в него на излете.

Может быть, поэтому такую щемящую радость доставляет нам зрелище чужой весны.
И поэтому, когда Тенах влюбился, от нас одних он не смог утаить своей любви.
Хотя и должного внимания я на него поначалу не обратил. Просто порадовался за него, и забыл даже думать. Другие заботы волновали меня.
Времечко он, надо признать, для любовных восторгов выбрал прескверное. После того, как я воплотил и убил Невоплощенное, передышка мне было дарована недолгая. И почти все мирное время я провалялся в постели, приходя в себя.

Слишком дорогой ценой досталась мне победа.

Она оставила во мне ничем не смываемую горечь и отняла безвозвратно добрую половину моего тела. Я так и не стал прежним. Плоть моя, отданная заклятию, чтобы поймать То, Чего Нет, погибла вместе с ним.

Я по-прежнему высок и широк в костях, но мяса на них маловато.

Я устрашающе худ, мои мослы выпирают наружу, а физиономия у меня такая, будто я дня три шел по пустыне без еды и воды. Теперь меня боятся до того, как я обнажил оружие. На свой лад это не только забавно, но и полезно.

Однако Страж Границы должен не только пугать своим видом до безъязычия, но и уметь пускать в ход оружие. Я восстанавливал силы, как мог, я заново учился владеть мечом, а заодно и своим изменившимся телом. А потом мое долгое бездействие окончилось бесповоротно.
Люди забыли весь скандал, связанный с моей женитьбой, и вспомнили, кто я такой. Ко мне шли, как когда-то шли к моему Наставнику Гимару. Я начинал всерьез опасаться, что мой брак останется бездетным: мне некогда было делать детей.

Едва добравшись до дома, я засыпал, как убитый. Ахатани раздевала меня, укладывала в постель, и я не просыпался: слишком я был тогда измотан.

И еще до рассвета в мой сон вторгались мольбы и плач и сердитый голос Ахатани: «Дайте же ему хоть несколько часов поспать!» Я вскакивал, одевался и выходил из дома. Никогда еще, даже во время Битвы Богов, не было у меня столько работы.
Мой Нас



Назад